Венеция Бродского

Венеция у меня всегда связана в мыслях с Бродским, который ее так любил.
Когда в 2007 году я первый раз собиралась в Венецию, в планах у меня стояло обязательное посещение кладбища Сан-Микеле и могилы Бродского.
Люблю я бродить по кладбищам в тишине, рассматривая памятники и надписи. На меня это действует умиротворяюще.
Кладбище в Венеции одно, и оно занимает весь маленький остров Сан-Микеле. На «Острове мертвых» похоронены не только веницианцы, но и выдающиеся люди со всего мира, в том числе и наши.

Кладбищем остров стал в 1807 году по указу Наполеона. До этого года жители Венеции сжигали и хоронили мертвых в городе; в церквях, частных садах, подвалах дворцов, где только было возможно.

Наши Сергей Дягелев и Игорь Стравинский похоронены в православной зоне, а вот Иосиф Бродский, на территории евангелистской, протестантской. На православной части, тело поэта запретила хоронить Русская Православная Церковь.

Вот как описывает историю друг Бродского Илья Кутик, присутствующий на похоронах:

<Итак, о перезахоронении. Мистика началась уже в самолете, гроб в полете открылся. Надо сказать, что американские гробы закрываются на шурупы и болты, они не открываются даже от перепадов высоты и давления. В Венеции стали грузить гроб на катафалк, он переломился пополам. Бродского пришлось перекладывать в другой гроб. Дальше на гондолах его доставили на остров мертвых.

Первоначальный план предполагал его погребение на русской половине кладбища между могилами Стравинского и Дягилева. Оказалось, это невозможно, поскольку необходимо разрешение Русской православной церкви в Венеции, а она его не дает, потому что Бродский не был православным. Гроб стоит, люди ждут. Начались метания, часа два шли переговоры. В результате принимается решение похоронить его на евангелистской стороне кладбища. Там нет свободных мест, в то время как на русской – никаких проблем. Тем не менее, место нашли – в ногах у Эзры. (Замечу, что Паунда как человека и антисемита Бродский не выносил, как поэта очень ценил…) Начали копать – прут черепа да кости, хоронить невозможно. В конце концов, бедного Иосифа Александровича в новом гробу отнесли к стене, за которой воют электропилы и прочая техника, положив ему бутылку его любимого виски и пачку любимых сигарет, захоронили практически на поверхности, едва присыпав землей…

И еще одно обстоятельство, о котором писали только в Италии. Президент России Ельцин отправил на похороны Бродского шесть кубометров желтых роз. Михаил Барышников с компанией перенес все эти розы на могилу Эзры Паунда. Ни одного цветка от российской власти на могиле Бродского не было, что, собственно, отвечает его воле».>

Перед поездкой я изучила расположение могилы Бродского. Вроде бы все было понятно. Указателя к могиле на тот момент не существовало, но я знала, что на главной аллее есть официальный указатель, на котором фломастером написано Brodsky и стрелка. Потом я узнала, что саму надпись фломастером впервые сделал Петр Вайль, а потом надпись все время подновляли приходящие к его могиле (я постеснялась это сделать).

Приехав на вапоретто на остров, я погуляла по кладбищу, и направилась искать могилу Бродского, но все оказалось не так просто как в рассказах путешественников.

Старая итальянка, вся в черном, пришедшая с букетом цветов, наверное, к родственникам, видя как я пытаюсь разыскать могилу, на мой вопрос по Бродского, спросила кто я по национальности и, поняв, что я русская чуть ли не силой заставляла идти меня к могиле Стравинского, считая, что русская туристка должна идти только туда, мне пришлось, чтобы не обидеть ее сходить сначала к Стравинскому и Дягилеву, а потом после ее ухода дойти наконец-то к Бродскому. Стравинский более популярен, чем нобелевский поэт. На могилу Дягилева приносят пуанты начинающие и стареющие балерины. Выглядят пуанты как- то жалко.


Возле надгробия Бродского есть металлический ящичек, похожий на почтовый, я не поэт, поэтому писать Бродскому ничего не стала, положила только припасенный заранее камешек. Говорят многие поэты приезжают сюда за благословением великого собрата, оставляют ручки и записки.

На обратной стороне надгробия Бродского есть надпись по латыни Letum non omnia finit — со смертью все не кончается, в отношении Бродского это абсолютная правда.
Остров мертвых неотделим в моем восприятии от Венеции. И приехав в Венецию второй раз в 2011 году, я повезла туда своих сестер и племянницу. К этому времени на официальном указателе уже было имя Бродского.

Поразила разрушенная многовековыми деревьями чья-то могила

На выходе с кладбища нас остановила траурная процессия с шикарным черным лакированным гробом и безутешной коллоритной итальянской родней.
В первый свой приезд я так и не добралась до другого места в Венеции, которое неотделимо от Бродского — «набережной неисцелимых», воспетов им в своем знаменитом эссе. И во второй приезд поклялсь, что обязательно дойду до нее. Вечером второго дня, оставив измотанную за день племянницу с ее мамой смотреть в отеле мультики,

мы со второй моей сестрой и нашей свояченицей поехали сначала к церкви — Санта Мария делла Салюте.

Название набережной дал госпиталь и прилегающие к нему кварталы, в которых средневековой город содержал безнадежных больных, зараженных то ли чумой, то ли сифилисом. И когда эпидемия закончилась, выжившие жители Венеции соорудили в память об избавлении потрясающую церковь — Санта Мария делла Салюте, а набережной дали имя Fondamenta degli Incurabili, сейчас ее уже не существует на картах и если бы не Бродский, никто не помнил бы ее так.

Уже в темноте мы пошли от церкви искать набережную. Шли мы долго, людей ночью в этом районе почти не было. Освещение было маловато, и мы боялись пропустить искомое место. Кроме нас по набережной шла молодая пара, по моему американцев. С ними было как-то веселее. И вдруг они громко залопотали «Бродски, Бродски», мы поняли что дошли до нужного места.


Потом они остановились около памятной доски и продолжали что-то восторженно говорить про Бродского

Так мы провели экскурсию с молодой американской парой.

Почему Бродский сначала писал «Ни страны, ни погоста не хочу выбирать. На Васильевский остров я приду умирать», а потом завещал чтобы его похоронили в Венеции?

Михаил Павловец 198 4 года назад кандидат филологических наук, доцент Школы филологии Высшей школы экономики

Не стоит во всем верить поэту на слово. Слова в его стихотворениях, как правило, принадлежат его лирическому герою — тому, кем в момент написания стихотворения представлял себя поэт. Это сродни актерству: актер может настолько перевоплотиться в образ, что почувствовать себя им. Так и поэт. Когда Бродский писал стихотворение «Ни страны, ни погоста…» — он, скорее всего, испытывал ровно те чувства, которые выражены в его стихотворении, прежде всего — желание умереть именно на Васильевском острове. Воспринимать это стихотворение как поэтическое завещание наподобие шевченковского «Как умру — похороните на Украйне милой…» было бы неверно: о желании быть похороненным в Петербурге-Ленинграде в стихотворении ни слова. В нем, наоборот, душа покидает родной город. Впоследствии же поэт пройдет через унизительный судебный процесс по обвинению в тунеядстве, ссылку, запрет публиковаться, его по сути выдавят из страны, а потом не выпустят к нему родителей — и ему запретят приехать к ним на похороны. Не Бродский-поэт — Броский-человек выбрал место своего погребения, так похожее на родной город (не случайно Петербург называют Северной Венецией), не менее им любимое, но — не причинившее ему в жизни такое количество боли.

Историческая справка

Остров Сан-Микеле назван в честь расположенной на нём Церкви Архангела Михаила. Дошедшая до наших времён постройка возведена в конце 15-го века. Архитектор Мауро Кодусси (Кодуччи) воплотил в здании ранние мотивы эпохи Возрождения. В отличие от большинства кирпичных религиозных сооружений того времени, Церковь была создана из белого камня. Изящество декора и благородные формы до сих пор поражают взоры туристов.

Рядом с Церковью Сан-Микеле ин Изола расположены капелла Эмилиани и кирпичная колокольня. Купола обоих зданий несут на себе отпечаток восточных мотивов. На фронтальной части капеллы также можно заметить колонны и псевдоантичные скульптуры.

В Средние века на острове находился монастырь, большая библиотека и теософская школа. Там, помимо богословия, преподавались гуманитарные науки и философия.

В конце 18-го века окружённая водами территория отошла австрийцам, и они устроили там тюрьму для истинных патриотов Венеции. Немногим позже, в 1807 году по указу Наполеона два острова Сан Кристофоро и Сан-Микеле были отданы под городское кладбище. Канал их разъединявший был засыпан, а по периметру уже в 70-х годах 19-го века была выстроена стена из красного кирпича. Изнутри вдоль ограды растёт целая череда кипарисов.

Такое решение было своевременным и оправданным. Ранее захоронения проводились где придётся: в подвалах, частных садах, в церквях. Из-за подобного отношения к погребению в Венеции часто возникали эпидемии.

Русские могилы на кладбище Сан-Микеле

Самыми известными соотечественниками на кладбище Сан-Микеле считаются Игорь Стравинский со своей женой, Сергей Дягилев и Иосиф Бродский. К этим могилам ведёт специальный указатель, а на схеме-путеводителе их обычно выделяют для удобства нахождения.

Могила Стравинского

Игорь Фёдорович Стравинский считается крупнейшим представителем музыкальной культуры ХХ-го века. Выдающийся композитор, пианист и дирижёр давал много гастролей по всему миру, но свой последний приют решил обрести вместе с женой именно в «городе на воде». Хотя сам музыкант ненадолго здесь останавливался, после его смерти в Нью-Йорке власти Венеции разрешили перевезти сюда останки Стравинского.

Могила Дягилева

Не менее примечательна могила знаменитого русского театрального импресарио Сергея Дягилева. Она находится слева от четы Стравинских и всегда украшена пуантами – у выпускников балетных училищ стало традицией оставлять здесь свою обувь. Так они чтят память основоположника «Мира Искусства» и отца «Русских вечеров». Благодаря Сергею Павловичу в России узнали о творчестве британских и немецких акварелистов, получили работу в Императорских театрах Серов В.А., Бенуа А.Н., Васнецов Ал.М., Коровин К.А. Позднее, после увольнения из журнала «Ежегодник Императорских театров», Дягилев занимался активным продвижением русских артистов на европейских сценах.

Последние годы были крайне неудачными для импресарио. Он часто жил в долг из-за провальных постановок и прогрессирующего фурункулёза. Его смерть случилась в одном из отелей Венеции. Организацию похорон на себя взяли Мисиа Серт и Коко Шанель.

Могила Бродского

Первое захоронение тела Иосифа Бродского было в нишу стены плача на кладбище Верхнего Манхэттена. Полтора года оно находилось там, закрытое надгробной плитой. Место перезахоронения выбирала жена Мария. С точки зрения географии в Венеции поэт находился на равноудалённом расстоянии от своего Отечества (России) и приютившей его страной (Америкой).

Когда принималось решение о захоронении тела Иосифа Бродского, католические и православные священники наотрез отказались принимать его прах на своей стороне некрополя. Выходом стало погребение на участке, выделенном для протестантов. На саму церемонию приехало много друзей и знакомых великого человека. Борис Ельцин лично передал траурный венок.

Скромное и утончённое надгробие в античном стиле было создано по эскизам художника Владимира Радунского. Эпитафия на латыни гласит «Со смертью ничего не заканчивается». В расположенный у памятника почтовый ящик посетители часто опускают письма, адресованные Бродскому.

По соседству с Нобелевским лауреатом находится могила Эзры Паунда – американского поэта, активно поддерживавшего режим Муссолини.

Как попасть на «Остров мёртвых» Доплыть до венецианского некрополя можно на вапоретто – речном трамвайчике. К островам Сан-Микеле и Мурано ходят №41 и №42. Одноразовый билет обойдётся в 6,5 евро (т.е. 13 в оба конца), а абонемент на 12 часов – в 16.

В тёплое время года (с апреля по сентябрь) кладбище работает до 18-00, в холодное – до 16-00. Открыто с 7-30 утра ежедневно.

Возможно, вам будет интересно:

  • Самые известные кладбища мира. Статья первая
  • Самые известные кладбища мира. Статья вторая
  • Самые необычные кладбища мира

Русские могилы в Венеции: Дягилев, Бродский, Стравинский

На острове Сан-Микеле турист — не частый гость, хотя остров расположен в пределах видимости — от Венеции его отделяет не более полукилометра. В древности здесь был монастырь архангела Михаила, а в 1807 году появилось Cimitero — засаженное кипарисами городское кладбище, которое в 1870-х годах обнесли красной кирпичной стеной. Теперь это самый известный в мире «остров мёртвых». Русским он интересен потому, что именно здесь покоится прах нескольких людей, наших соотечественников, чьи имена дороги русской и мировой культуре.

Войдя внутрь через портал, на котором св. Михаил побеждает дракона, оказываешься поначалу на заднем дворе монастыря.

Кладбище Сан-Микеле разделено на зоны: католическое, православное, протестантское, еврейское.
Вход в первую зону.

Местная кладбищенская культура, конечно, сильно отличается от нашей. Бросается в глаза ухоженность, яркость, даже какая-то кричащая цветастость. На большинстве надгробных фотографий люди улыбаются.

Надгробные памятники, как правило, хороши, вот образцы.

Очень много фамильных склепов, вроде этих.

Отдельный участок выделен для солдат и офицеров, погибших в Первой мировой войне.

Вот общий памятник.

Это — памятник экипажу погибшей подлодки.
Утром 7 августа 1917 года в 7 милях от острова Бриони, у морской базы Пола, во время маневров, подводная лодка „F-14″ была в погруженном состоянии протаранена миноносцем „Миссори». Лодка затонула на глубине 40 метров. Через 34 часа ее подняли, но 27 человек экипажа лодки погибли за 3 часа до подъема, задохнувшись хлористым газом.

Какой-то местный ас.

Вход на православное кладбище (Reparto Greco-Ortodosso).

Ухоженности и шика здесь ощутимо меньше.

Зато именно оно является местом международного паломничества — из-за двух могил, расположенных у задней стены.
Слева — дягилевская. По словам итальянского композитора Казеллы, в последние годы своей жизни Дягилев «жил в кредит, не имея возможности оплатить гостиницу» в Венеции, и 19 августа 1929 года «умер один, в гостиничном номере, бедный, каким был всегда». Похороны великого импресарио оплатила Коко Шанель – хороший друг Дягилева, при жизни маэстро дававшая деньги на многие его постановки.

Могила украшена надписью: «Венеция, постоянная вдохновительница наших успокоений» (предсмертные слова Дягилева), тут же лежат балетные пуанты.

Справа от нее покоится прах Игоря Стравинского и его жены Веры.

Кто-то принес маэстро каштанчик.

От православного кладбища направляемся к протестантскому (Reparto Evangelico),

ибо именно здесь следует искать могилу Иосифа Бродского.
Вот она, между двух кипарисов.

Вначале Иосифа Бродского хотели похоронить на православном кладбище, между Дягилевым и Стравинским. Но Русская православная церковь в Венеции не дала согласия, так как не было предоставлено никаких доказательств, что поэт был православным. Католическое духовенство проявило не меньшую строгость.
Вообще-то большие поэты обычно не ошибаются, говоря о своей судьбе. Бродский ошибся.
Молодым написал:
Ни страны, ни погоста
Не хочу выбирать.
На Васильевский остров
Я приду умирать.
Однако в Россию, в Петербург так и не вернулся. Говорят, у него было глубокое убеждение, что нельзя возвращаться назад. Одним из его последних аргументов было: «Лучшая часть меня уже там — мои стихи». Не знаю, на мой слух, звучит не очень убедительно.
Как бы то ни было, теперь он навеки соседствует с могилой Эзры Паунда — изгоя западной цивилизации, заклеймленного за сотрудничество с фашизмом, чьей казни требовали Артур Миллер, Лион Фейхтвангер и другие левые интеллектуалы.
Такой вот чёрный юморок, который на кладбище вряд ли уместен.

Рубрики: Путешествия

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *