Дом Лобанова-Ростовского

В 1818 — 1858 годах в самом центре столицы был сооружён величественный Исаакиевский собор. По легенде, утверждая проект застройки площади, император Александр I потребовал обеспечить достойное архитектурное оформление треугольного в плане участка в её восточном углу.
Выполнить царское пожелание довелось князю Александру Яковлевичу Лобанову-Ростовскому (1788 — 1866). Доблестный офицер гвардейской кавалерии, участник ряда сражений и кавалер ряда орденов, дослужившийся до звания генерал-майора, в 1811 году женился на Клеопатре Ильиничне Безбородко (1791 — 1840), племяннице и одной из двух наследниц несметного богача, канцлера Российской империи и светлейшего князя Александра Андреевича Безбородко (1747 — 1799). Прибавив к своему немаленькому состоянию огромное приданое супруги, князь Лобанов-Ростовский получил материальную возможность заказать строительство роскошного особняка в стиле ампир знаменитому зодчему Огюсту Монферрану (1786 — 1858). Особняк был возведён в 1817 — 1820 годах. Его парадный подъезд украсили высеченные из каррарского мрамора итальянским скульптором Паоло Трискорни (1757 — 1823; в Санкт-Петербурге — с 1818 года) статуи сторожевых львов — копии античных львов, и по сей день стоящих у Портика Копьеносцев на площади Синьории во Флоренции. Впоследствии такие же львиные пары — мраморные, бронзовые, каменные — во множестве появились в различных местах Петербурга, а также — в усадьбе «Марьино», в Кремле Великого Новгорода… Интересно отметить, что опыт строительства здания на бутовых сваях на болотистом грунте был учтён О.Монферраном при строительстве Исаакиевского собора.
Князь и княгиня Лобановы-Ростовские в своём роскошном особняке практически не проживали, а сдавали его апартаменты в бельэтаже жильцам, а другие помещения и погреба — в аренду торговым и зрелищным предприятиям. Так, в его залах демонстрировались «косморамы» гамбургского живописца Сура — снабжённые особыми оптическими эффектами виды европейских столиц (Берлина, Вены, Гамбурга, Рима) и знаменитых сражений, а также — «Сценограмма Иерусалима» мастера из Болоньи Анжело Тозелли, автора широко известной «Панорамы Санкт-Петербурга 1820 года».
По легенде, некий петербуржец Яковлев, застигнутый катастрофическим наводнением 7 (19) ноября 1824 года на Адмиралтейской площади (на её территории в 1872 — 1874 годах был разбит Александровский сад), спасся от потопа, вскочив на спину одного из мраморных львов. Как всем известно, этим сюжетом воспользовался Александр Сергеевич Пушкин, создавший в 1833 году поэму «Медный всадник».

Дом А. Я. Лобанова-Ростовского

Дом Лобановых-Ростовских

Участок дома №12 по Адмиралтейскому проспекту пустовал весь XVIII век. Летом 1817 года императором Александром I был утверждён составленный Огюстом Монферраном проект нового Исаакиевского собора. Князь Александр Яковлевич Лобанов-Ростовский был так впечатлён работой французского архитектора, что заказал у него проект для собственного дома на соседнем участке. Эта было сделано по случаю женитьбы князя на одной из самых богатых невест России графине Клеопатре Ильиничне Безбородко. Свадьба состоялась в 1818 году. Строительство дома А. Я. Лобанова-Ростовского велось с поздней осени 1817 года до сентября 1819 года. Это здание стало первой работой Монферрана в Петербурге.

Дом А. Я. Лобанова-Ростовского имеет необычную треугольную форму в плане. Его главный фасад выходит на Адмиралтейский проспект, он украшен восьмиколонным портиком коринфского ордера. Колонны портика Монферран поднял на выдвинутую вперёд аркаду, что позволило создать крытый проезд к входным дверям. Отсюда на верхний этаж ведёт парадная лестница, декорированная пилястрами коринфского ордера.

Парадные залы дома А. Я. Лобанова-Ростовского по традиции расположились на втором этаже. Монферран предлагал здесь устроить большие залы, в том числе домашний театр. Но Клеопатра Ильинична пожелала иметь в своём доме более скромные помещения.

Александр Яковлевич с супругой здесь не жили. Они использовали здание как доходный дом. Здесь устраивались балы и маскарады, в которых участвовал император Александр I и императрица Елизавета Алексеевна. В доме Лобанова-Ростовского работали магазин художественных изделий, мучная лавка и портерная. Здесь экспонировались панорама и косморама, а также «сценография Иерусалима», устроенная Анжело Тозелли. Часть здания арендовала Комиссия по построению Исаакиевского собора.

Дом Лобанова-Ростовского стал знаменит благодаря поэме А. С. Пушкина «Медный всадник»:

Где над возвышенным крыльцом
С подъятой лапой, как живые,
Стоят два льва сторожевые. Вестибюль дома Лобановых-Ростовских

Автором скульптур львов стал Паоло Трискорни. 8 ноября 1824 года на одном из этих львов спасался герой Пушкина:

На звере мраморном верхом,
Без шляпы, руки сжав крестом,
Сидел недвижный, страшно бледный
Евгений…

Князь, равно как и его жена, вёл чрезвычайно расточительный образ жизни. Из-за проигрыша в карты большого имения Клеопатры Ильиничны в Подольской губернии супруги развелись. В 1828 году Александр Яковлевич уехал в Париж, где арендовал у короля Карла X замок Фонтебло. Перед отъездом из Петербурга он решил продать свой дом на Адмиралтейском проспекте, содержание которого обходилось весьма дорого. Покупателя долго не находилось. Тогда князь решил провести лотерею, призом в которой стало это здание. Он выпустил миллион билетов по одному рублю, но император Николай I не позволил провести лотерею. Часть дома пришлось вновь сдать внаём Комиссии по построению Исаакиевского собора, а также Медицинскому департаменту Военного министерства.

Осенью 1827 года на основании утверждённого императором решения Государственного Совета была создана «посредническая комиссия для уплаты долгов полковницей княгиней Лобановой-Ростовской». Действовала эта комиссия более года. Ей были распроданы многочисленные княжеские имения, 13 000 крепостных крестьян. Летом 1828 года был продан дом на Адмиралтейском проспекте. Его оценили в 1 000 000 рублей.

Новым владельцем этого здания стало Военное министерство, для которого к концу 1829 года были переделаны помещения. Здесь разместились канцелярия Военного министерства, Военный совет, Генерал-аудиториат, Военно-походная канцелярия, Медицинский и Провиантский департаменты.

После 1917 года здание было переоборудовано под школу. Сначала работавшая здесь школа называлась 14-й фабрично-заводской десятилеткой Октябрьского района, а затем школой №397.

До недавнего времени в доме А. Я. Лобанова-Ростовского работали два банка и Проектный институт. В 2004 году началась реставрация его фасада и внутренних помещений. В 2013 году здесь открылся элитный отель.

>История одного объекта: Дом Лобанова-Ростовского в Петербурге или «Дом со львами»

Огюст Монферран проектирует «Дворец классицизма»


Здание имеет 200-летнюю историю, строили его три года с 1817 по 1820. Автор проекта – Огюст де Монферран, французский архитектор, главным произведением которого в Петербурге стал Исаакиевский собор.
Именно строительство собора и способствовало тому, что на большом земельном участке рядом с ним появилась резиденция князя Александра Яковлевича Лобанова-Ростовского. В течение XVIII века участок дома №12 по Адмиралтейскому проспекту пустовал. Но всё стремительно изменилось летом 1817 года, когда император Александр I утвердил проект нового Исаакиевского собора, составленный Огюстом Монферраном .Князь Александр Яковлевич Лобанов-Ростовский был так впечатлён работой французского архитектора, что решился на строительство собственного дома на соседнем участке. И проект своей будущей резиденции он заказал у того же архитектора. Здание стало первой работой великого Монферрана в Петербурге и настоящим памятником стиля «Высокий классицизм». Первоначальный проект предусматривал богатое украшение здания, обилие лепнины и скульптур, но Монферран сделал выбор в пользу большей монументальности строения, отказавшись от изящных деталей. В итоге здание имеет два одинаково парадно оформленных фасада – северный и западный – обращенные на набережную и к Исаакиевскому собору. В центре каждого из них размещены восьмиколонные коринфские портики. Фасад здания, выходящий на Вознесенский проспект, выглядит значительно проще, но именно вдоль него от острого угла здания, развивается перспектива, замкнутая шпилем Адмиралтейства.
Внутреннее убранство дома имело богатую отделку, особенно роскошно был оформлен вестибюль и парадная лестница. Парадные помещения размещались на втором этаже.

Князь Лобанов-Ростовский — коллекционер из великого рода


Позволить себе построить огромный дом практически в самом центре столицы Российской империи мог человек богатый и неординарный. Таким и был князь Александр Яковлевич Лобанов-Ростовский. Наследник солидного состояния своих родителей, князь Лобанов приумножил его, женившись на одной из самых богатых невест России, дочери графа Ильи Андреевича Безбородко — Клеопатре Ильиничне. Князь служил Отечеству, участвовал в нескольких войнах, а после выхода в отставку полностью отдался своему любимому делу – коллекционированию, благодаря чему вошел в историю.
Среди его собраний были две особенные коллекции, посвященные двум великим женщинам: киевской княжне Анне Ярославне и шотландской королеве Марии Стюарт. Он извлёк из архивов и напечатал три тома писем Марии Стюарт, собрал сотни её портретов и коллекцию книг о ней. Позднее портреты и книги были переданы Эрмитажу.
Но как коллекционера князя интересовали не только монаршие особы. Он собирал книги по военному искусству и карты, которые передал в распоряжение Главного штаба. Научную и художественную ценность так же имеет коллекция портретов Павла I и его приближённых, пожертвованная Публичной библиотеке. Князь имел в наличии каталоги всех картинных галерей Европы и большую коллекцию тростей и палок, принадлежавших разным историческим персонажам.
Во времена жизни во Франции, князь Лобанов издал в Париже перевод на русский язык Евангелия от Матфея и молитвы, читаемые при божественной литургии. Под конец его жизни свет увидели два сборника разнообразных меню на французском языке. Он был членом парижского Общества библиофилов и Русского географического общества.
Состояние князя позволяло ему иметь собственные яхты, но в силу своего характера, он не мог быть простым владельцем нескольких яхт. Человек, любящий размах и масштаб в любом деле, он основал и стал первым командором Императорского Российского яхт-клуба.

Львы стерегут город…


Фотография из архива компании ООО «АйБи Девелопмент», сделана в ходе выполнения функций Строительного Контроля на объекте.
Вход в дом, обращенной в сторону Адмиралтейского проспекта стерегут изваяния львов. Петербург известен своими львами не менее чем, сфинксами, которые, кстати, расположены через Неву, напротив. Но львы этого дома вошли в историю не только города, но и русской литературы, благодаря А.С. Пушкину. В своей поэме «Медный всадник» он описал и сам особняк и его стражей.
«….Тогда, на площади Петровой,
Где дом в углу вознесся новый,
Где над возвышенным крыльцом
С подъятой лапой, как живые,
Стоят два льва сторожевые,
На звере мраморном верхом,
Без шляпы, руки сжав крестом,
Сидел недвижный, страшно бледный
Евгений. Он страшился, бедный,
Не за себя. Он не слыхал,
Как подымался жадный вал,
Ему подошвы подмывая,
Как дождь ему в лицо хлестал,
Как ветер, буйно завывая,
С него и шляпу вдруг сорвал…»
Александр Сергеевич виртуозно умел вплести в свои сюжеты реальные события, городские истории или слухи. Легенда гласит, что Пушкину рассказали, как во время наводнения некий господин Яковлев прогуливался по столице, и увеличивающаяся вода застала его как раз у входа в Дом Лобанова. Яковлев сориентировался и решил спастись от надвигающийся воды, взобравшись на спину одного из мраморных львах. Историки спорят и говорят, что легенда имеет обратный эффект – сначала Пушкин пишет про случай со своим героем, а потом появляется история о том, что на самом деле «точно же!» был некий Яковлев, с ним это и произошло. В любом случае, история со львами обрела статус культовой и распространялась вместе с запрещенным в империи произведением.
Львы у здания дали Дому Лобанова второе имя «Дом со львами». Среди множества петербургских львов, которые «стерегут» город на Неве, у этих статуй есть конкретная история их создания – под одним из мраморных животных высечена надпись: «Triscorni F. In Garrara, 1810». Из этого следует, что статуи животных исполнил Трискорни в Карраре в 1810 году. История гласит, что за образец скульптор взял львиную пару, установленную во Флоренции на площади Синьории перед Лоджией деи Ланци еще в XIV веке. Но скульптор не просто скопировал флорентийских львов, а несколько изменил облик зверей.

Выиграть дом за 1 рубль


Вторая легенда, связанная с домом, подтверждает, что князь Лобанов был действительно человеком неординарным и весьма находчивым.
Брак князя оказался недолговечным, и после развода он переехал в Париж, где, благодаря расположению Карла X, снял в аренду ни много ни мало охотничьи угодья в Фонтенбло. Охота, ночные гулянья, пикники – в Фонтенбло шла шумная жизнь с настоящим русским размахом.
Князь почти десятилетие провел за границей, путешествуя по Европе и пополняя свою коллекцию. Естественно, что финансы для этого требовались немалые. Кошелек князя поистощился и Александр Яковлевич решил вернуться в Россию. Тем более что Клеопатра Ильинична, которая иногда ему писала, жаловалась, что денег ей отчаянно не хватает, а «дом со львами» и обязанности, связанные с ним, ей надоели. Она предлагала вместе подумать, как быть дальше. И супруги подумали…
В итоге был выставлен на продажу за немалую по тем временам цену в один миллион рублей. Но покупателя не находилось, а средства были нужны. И князь, человек умный и весьма находчивый, придумал совершенно нестандартный ход в деле продажи элитной недвижимости: разыграть «дом со львами» в лотерею. Он напечатал один миллион лотерейных билетов и запустил их в продажу, цена одного лотерейного билета – рубль. В назначенный день и час один из обладателей такого билета должен был стать новым обладателем «Дома со львами».
Лотерея была объявлена всероссийской. Газеты во всех городах и весях необъятной родины оповещали, что житель любого города и самого маленького селения, затратив всего лишь рубль, может стать обладателем роскошного дворца в самом центре императорской столицы. История с лотерей дошла до императора Николая I, который тут же запретил розыгрыш и купил дом вместе с библиотекой, за последнюю князю Лобанову-Ростовскому назначили пожизненную пенсию.
При этом историки и эту легенду Дома со львами ставят под сомнение и говорят, что никакой истории с лотереей не было, всё это фантазии известного писателя М.И. Пыляева, который опубликовал эту байку в своей книге «Старый Петербург».
Так или иначе дом был продан, финансовый вопрос для князя был решен, а у дома началась своя история.

«Дом со львами» – новые функции, реставрация и строительный контроль

Фото: © РИА Новости/Б.Манушин
Новым владельцем этого здания стало Военное министерство, для которого к концу 1829 года были переделаны помещения. Здесь разместились канцелярия Военного министерства, Военный совет, Генерал-аудиториат, Военно-походная канцелярия, Медицинский и Провиантский департаменты.
В советское здание было переоборудовано под школу. Сначала здесь располагалась 14-ая фабрично-заводская десятилетка Октябрьского района, а затем школа №397.
В конце прошлого века в доме Лобанова-Ростовского работали два банка и Проектный институт. В 2002 году перешло к Управлению делами президента, и те хотели разместить тут конституционный суд, но вскоре от такого решения отказались и в 2004 году передали здание в аренду компании «Тристар Инвестмент Холдингс» для осуществления проекта полномасштабной реставрации особняка и организации открытия в нем гостиницы класса Deluxe. Так в Россию приехал первый в стране отель Four Seasons. В 2004 году началась реставрация фасада и внутренних помещений «Дома со львами». ООО «АйБи Девелопмент» выполняло функции Строительного Контроля и Технического Надзора всех работ, выполняемых в ходе реконструкции и реставрации объекта. В 2013 году состоялось открытия отеля.

Гостиница «FOUR SEASONS St. Petersburg»
«Стильные адреса» — новый проект Холдинга «АйБи ГРУПП»
История одного объекта: Магазин Купцов Елисеевых

Особняк

Дом Лобанова-Ростовского

59°56′05″ с. ш. 30°18′29″ в. д.HGЯOL

Страна

Россия

Город

Санкт-Петербург Санкт-Петербург

Тип здания

Доходный дом

Архитектурный стиль

высокий классицизм

Скульптор

П. Трискорни

Архитектор

Монферран, Огюст

Основатель

Лобанов-Ростовский, Александр Яковлевич

Строительство

1817—1820 годы

Статус

Объект культурного наследия народов РФ федерального значения. Рег. № 791410022280006 (ЕГРОКН). Объект № 7810005000 (БД Викигида)

Состояние

гостиница

Сайт

Медиафайлы на Викискладе

У этого термина существуют и другие значения, см. Дом Лобанова-Ростовского (значения). Запрос «Дом со львами» перенаправляется сюда; см. также другие значения.

Дом Лобанова-Ростовского (в обиходе дом со львами) — памятник архитектуры, бывшая дворянская резиденция, возведённая в 1817—1820 годах для князя Александра Яковлевича Лобанова-Ростовского по проекту Огюста Монферрана в стиле классицизм. Расположен в Санкт-Петербурге по адресу Адмиралтейский проспект, 12, Вознесенский проспект, 1 или Исаакиевская площадь, 2. Скульптуры на фасаде (в том числе легендарные львы у парадного входа) выполнены Паоло Трискорни.

Предыстория. Проект переустройства Исаакиевской площади

Перспективный план Исаакиевской площади до постройки дома Лобанова-Ростовского

До 1710-х годов пространство будущей Исаакиевской площади занимали гласис (пологая земляная насыпь перед наружным рвом крепости или замка) и эспланада (широкое пространство перед фортификационным сооружением) Адмиралтейской крепости. Впоследствии эти оборонительные элементы были устранены в связи с утратой адмиралтейством фортификационного значения, и их место заняла хаотичная застройка из частных домов: деревянных или мазанок. Санкт-Петербургский пожар 1736 года уничтожил большую часть деревянных строений города. На одной только Исаакиевской площади и в прилегающих районах, называвшихся тогда Морской слободой, огонь уничтожил примерно 100 домов — почти всю деревянную застройку на месте тогдашней площади. Северная часть площади так и осталась пустовать, приняв форму неровной трапеции.

В начале XIX в. при поддержке российского императора Александра I, желавшего сделать Санкт-Петербург «краше всех посещенных столиц Европы» было решено возвести новый, четвёртый Исаакиевский собор на месте третьего, отличавшегося низким качеством постройки. Активные работы по проектированию и строительству храма начались ещё в 1813 году, однако по ряду причин, начало возведения пришлось отложить. В 1816 году был сформирован Комитет для строений и гидравлических работ (современники величали эту структуру «Комитетом красоты и архитектурной дисциплины»), которому в числе прочего было предписано заниматься «урегулированием улиц и площадей». Фактически строительство колоссального сооружения началось только в 1818 году.

Перерыв в активных разработках Исаакиевского собора был использован Монферраном и возглавляемым инженером А. А. Бетанкуром Комитетом красоты и архитектурной дисциплины для переосмысления планировки территории вокруг возводимого храма. Северная часть Исаакиевской площади (то есть наблюдаемая со стороны Сенатской и Медного всадника), по решению зодчих, становилась прямоугольной по форме. Это достигалось в том числе за счёт отсечения от северо-восточного угла площади треугольного участка, образуемого будущим Исаакиевским собором, Адмиралтейским и Вознесенским проспектами. Считается, что это планировочное решение исходило от самого Александра I. По легенде, проезжая по столице вместе с князем Александром Лобановым-Ростовским самодержец высказал недовольство неподобающим видом Исаакиевской площади — князь якобы в ответ ничего не сказал, однако через год продемонстрировал монарху возведённый по своей инициативе и на свои же средства особняк.

Строительство

В 1817 году участок земли в северо-восточном углу Исаакиевской площади в ок. 5400 м² был отдан супруге Александра Яковлевича, Клеопатре Ильиничне Лобановой-Ростовской, для сооружения особняка по проекту Огюста Монферрана. 10 августа 1817 года Санкт-Петербургской управой у городского землемера Кашкина были заказаны 2 экземпляра плана «на Всемилостивейше пожалованное Его Императорским величеством отставному полковнику Князю Лобанову-Ростовскому место на Исаакиевской площади». В документе отмечалось, что длина участка «по улице против Булевара» — то есть по Адмиралтейскому проспекту, расположенному перпендикулярно Конногвардейскому бульвару — составляла 44 сажени 2¾ аршина, 55 саженей «по улице против церкви (св. Исаакия)» и, наконец, 70½ сажени по Вознесенскому проспекту. На основе этих данных Кашкин рассчитал площадь пожалованного князю «места» — 1235¼ кв. сажени. 22 апреля 1818 года в заполнявшейся при Комитете для строений и гидровлических работ «Книге для записей планов и фасадов, выдаваемых обывателям 1 й Адмиралтейской части» (издание за 1816—1821 годы) была оставлена заметка о том, что А. Я. Лобанов—Ростовский «желает по приложенным фасадам построить каменный дом» с припиской, гласящей, будто хозяин участка «обязался кончить оный , вывесть и покрыть непременно к ноябрю будущего 1819 года».

Первоначальные проекты дома не отличались монументальностью и содержали множество утончённых, изысканных, французских элементов — балконы, лепное оформление парадных групп, балюстрады и т. п. Изначальная задумка дома Лобанова-Ростовского во многом схожа с ранними проектами Михайловского дворца, возводившегося тогда же, но другим зодчим, Карлом Росси. Возможно, эта особенность связана с ролью Александра I в проектировании обоих сооружений, бывшего, по всей видимости, не только одним из заказчиков этих строений, но и непосредственно участвовавший в разработке эскизов и планов. Здания различались незначительно, зато решение боковых ризалитов и центрального входа и в принципе композиционная идея были почти идентичны. Тем не менее, зодчие добавили своим проектам монументальности, увеличив число колонн в портиках и усилив центральные сегменты фасада. В целом, Монферран отказался от изящных деталей и остановился на наиболее подходящем градостроительной роли строящегося дома варианте, выполненном в стиле ампир.

Организацией и координацией финансовых и административных вопросов, связанных с возведением дома, занималась домовая контора четы Лобановых-Ростовских. Строительные работы — «рытье котлованов, битье свай и кладка фундаментов», которые заняли всего лишь один год, начались в 1818, хотя ещё в октябре 1817 контора объявила подряд на поставку 5 миллионов штук кирпича к весне 1818, и уже 15 апреля того же года на стройку были приглашены штукатурщики, анонсирован конкурс на поставку песка, а также «слудовой глины». Строительство началось с установки свай, поддерживающих фундаменты, которые были заложены на глубину 2,85 м (4 аршина) и изготовлены из бутовой плиты. Фундамент — традиционный для того времени, ленточный — до сих пор поддерживает здание, построенное на неудачном, болотистом грунте возле берега Невы. Опыт работы с неустойчивой почвой пригодился Огюсту Монферрану в возведении колоссального Исаакиевского собора.

Балки, поддерживающие перекрытия, составляли в диаметре ок. 25 — 30 см (то есть 10 — 11 дюймов) и изготавливались из «красной сосны». Сами перекрытия делали из дуба. Детали колонн (капители и базы) в вестибюле дома отливались из бронзы на заводе Берда. Двери сколачивали из досок, толщина которых достигала 7,5 см (3 дюймов). Кровля сложена из чёрного железа, произведённого на Яковлевских заводах, а вот все (кроме парадной) лестничные перила с их специфичного вида меандром в верхнем поясе и 3 балкона по Вознесенскому проспекту отлили из чугуна.

Уже в начале сентября 1819 года Лобановы-Ростовские стали сдавать комнаты в новой постройке:

На Исаакиевской площади, в доме флигель-адъютанта князя Лобанова-Ростовского сверх предполагаемых для отдачи в будущем году, отдаются в наем 6 погребов, 4 магазина и квартира в бельэтаже с большою залою, удобною для заведения клуба или другого какого собрания, кои совершенно будут отделаны и сданы не позже 1 сентября 1820 года…

— // «Санкт-Петербургские ведомости».

Впрочем, окончательно строительство дома завершилось лишь к 1820 году, когда закончились все отделочные работы внутри массивного здания.

Последующая история

А. Я. Лобанов-Ростовский, хозяин дома, тем не менее, в нём никогда не живший

Дом на Исаакиевской площади с самого начала задумывался четой Лобановых-Ростовских как доходный дом — жилое строение, приспособленной для сдачи квартир внаём. При этом идею о таком использовании столь примечательного участка подала супруга князя, Клеопатра Ильинична. После сдачи сооружения она и ведала делами предприятия. Семья князя, таким образом, поначалу там практически не жила.

Летом 1821 г. в здание въехал художественный магазин братьев Леончини, в котором продавалось, к примеру, «весьма хорошее собрание всякого рода алебастровых ваз различной величины, ламп и других вещей». Салон приехавших из Италии предпринимателей расположился на 1-м этаже. Тем не менее, особняк оказался мало известным среди потенциальных арендаторов, в связи с чем, уже осенью того же года была начата рекламная кампания, давшая, как оказалось впоследствии, свои плоды. Проведённая в 1824 году инвентаризация даёт подробную информацию об арендаторах княжеской семьи. В год сумма дохода от этого доходного дома достигала 100 000 рублей.

  • Полуподвальную угловую квартиру со стороны Вознесенского проспекта занимала литография — первая во всём Санкт-Петербурге.
  • На первом этаже располагались: апартаменты литографа Петерса (платил 1000 руб. в год), мучная и мелочная лавки (1200 руб.), провиантский департамент Военного министерства (6300 руб.), Комиссия строительства Исаакиевского собора (6850 руб.), портерная (в угловой со стороны Исаакиевской площади квартире; 1750 руб.); проживали сапожник (2500 руб.) и «перчаточник» (2300 руб.).
  • На бельэтаже (втором по счёту, наиболее престижном, этаже) сдавалась квартира с видом на Исаакиевскую площадь и «Вознесенскую улицу», а также «две залы в том же этаже, хорошо отделанные, удобные для концертов и маскарадов». В общем и целом, помещения бельэтажа были заняты преимущественно Провиантским департаментом военного ведомства, а также (в меньшей степени) Косморамой (4000 руб.) гамбургского живописца Сура.
  • Третий этаж заполонили личные покои — управляющего (фр. l’intendant) княгини Лобановой-Ростовской, закройщик Шпицбарт (2000 руб.), «мастера ольфрейной живописи» Мартушевича (1200 руб.), господина Орлова (за счёт Комиссии по строительству Исаакиевского собора) — и пансион госпожи Орсениус.
  • Часть помещений четвёртого этажа не была отделана, и никем не занималась; впрочем, именно тут располагались комнаты «суть в употреблении княгини Лобановой-Ростовской», непосредственной хозяйки дома — как и «остальные же покои, и сараи, и конюшни».

По другим свидетельствам, Провиантский департамент военного ведомства заполнял пространства ещё и третьего, и четвёртого этажей, а на первом размещался пивной погреб. В целом, функции тех или иных помещений были продиктованы планировкой здания: анфилады из гостиных и парадных комнат тянулись вдоль фасадов, обращённых к Адмиралтейскому лугу и Исаакиевской площади, тогда как крыло, чей фасад выходил на Вознесенский проспект, было приспособлено под наемные квартиры.

В доме Лобанова-Ростовского регулярно проводились разного рода светские предприятия, многие из которых проходили в парадной анфиладе, выходящей на Адмиралтейский луг. В здании одно время действовала Косморама живописца Сура — особая экспозиция, способная создать эффект стереоскопического, проще говоря, объёмного восприятия показываемой картинки благодаря специальному оптическому оборудованию. Сур демонстрировал, как правило, виды немецких и некоторых европейских городов (Берлина, Гамбурга, Вены, Рима); в их числе был и Таганрог, печально известный тогда, как место смерти императора Александра I. Косморама пользовалась у современников большой популярностью: „Если виды сии не заключают важного достоинства со стороны художества, то оптическая часть доведена до совершенства, “ — писали свежие «Отечественные записки». Другая известная косморама Сура — панорама схватки армий Александра Македонского и Дария при реке Гранике — «и в ту минуту, когда персы бегут, преследуемые македонянами, мост под ними разрушается». Посещение данного представление стоило 2 руб. 50 коп. с человека.

Для любителей французского языка Господин Сен-Мор и нынешним Великим постом продолжил свои литературные вечера. Он читает лучшие места из Корнеля, Расина, Мольера и других драматических писателей, а также из Буало, Вольтера, Делиля и проч. Подписка на 10 таковых вечеров стоит 75 руб. с персоны. Чтение происходит в новом доме княгини Лобановой-Ростовской.

— // «Отечественные записки».

Другим предпринимателем, снимавшим помещения в доме, был Анжело Тозелли. Он выставил на обозрение в парадной анфиладе «Сценографию Иерусалима и святых мест, окрест его лежащих», по поводу которой обозреватель Свиньин заметил: «Зрелище сие весьма походит на театральную сцену, только несравненно ещё живее», имея в виду ухищрения, на которые шёл Тозелли, стараясь сделать представления более увлекательными. Так, по свидетельствам очевидцев, рисунок иерусалимского источника Силье сопровождался звуковым оформлением — журчанием воды. Плата за вход на «Сценографию…» Тозелли составляла 5 руб. с человека. В настоящее время Тозелли известен публике прежде всего как создатель акварельной панорамы Санкт-Петербурга с башни Кунсткамеры, сделанной примерно тогда же, когда строился дом Лобановых-Ростовских. Ныне эта акварель на хранении в Эрмитаже.

Косморамой Сура и выставками, подобными «Сценографии…» Тозелли, культурная жизнь дома на тот момент не ограничивалась.

Иллюстрации к поэме «Медный всадник»: сверху А. Н. Бенуа (1899—1905), снизу А. П. Остроумовой-Лебедевой (1901, изображён лев из другой известной пары).

7 ноября 1824 во время разрушительного наводнения Исаакиевская площадь была затоплена так, что из воды были видны только одни здания. Это отразилось в городском фольклоре и искусстве. Так, в первой трети XIX века в столице ходила байка о неком Яковлеве, который, будто бы, накануне катастрофического наводнения гулял по городу. Когда же стихийное бедствие началось, и вода начала прибывать, Яковлев направился домой, однако, добравшись до располагающегося на площади дома Лобанова-Ростовского, понял, что пройти дальше просто невозможно. В результате Яковлев взобрался на одну из скульптур львов, «смотревших» на затопленный город «с подъятой лапой, как живые». Яковлев спасся, так как на льве «просидел все время наводнения». В конце концов, легенда нашла отражение в поэме Александра Сергеевича Пушкина «Медный всадник»:

…На площади Петровой,
Где дом в углу вознесся новый,
Где над возвышенным крыльцом
С подъятой лапой, как живые,
Стоят два льва сторожевые,
На звере мраморном верхом,
Без шляпы, руки сжав крестом,
Сидел недвижный, страшно бледный,
Евгений…

Военное ведомство

Несмотря на доходы, приносимые арендаторами, спустя 9 лет после окончания строительства дома чета Лобановых-Ростовских оказалась в долгах. 1 июля 1824 году 1-й и 2-й этаж особняка были сданы Военному министерству в аренду за 63 000 рублей в год в пользование лишь некоторым департаментам военного ведомства, в числе которых были канцелярия военного министра, комиссии провиантских дел и финляндских провиантских дел, провиантский и медицинский департаменты.

На основании до сих пор хранящегося в Военно-историческом архиве дела о перестройке дома для Военного министерства можно сделать выводы о количестве, расположении и размерах залов, покоев и прочих арендованных ведомством помещений. 21 покой, расположенный «под сводами» (то есть в полуподвале), был предназначен «для служителей». На первом этаже разместилось 20 покоев, а на бельэтаже (на втором, наиболее престижном) — 39, среди которых числились 4 больших зала, из которых три помещения были 11 саженей в длину (23,5 м) и 4 сажени 2 аршина (10 м) в ширину, а один из залов растянулся на 8 саженей (17 м). Остальные комнаты на бельэтаже, обладая аналогичной «глубиной» (4 сажени 2 аршина ≈ 10 м), располагались «по фасадам: Адмиралтейскому и Исаакивскому». Третий этаж был приспособлен под 26 помещений, по большей части имевших длину от 4-х до 6 саженей (8,5 — 10,6 м), а по ширине — от 3 саженей до 4 саженей 2 аршинов (6,4 — 10 м). На самом верхнем, «антресольном» этаже было заготовлено 8 покоев, «кои могут быть потреблены для служителей». В целом под свои присутственные места, министерство сняло 114 комнат и залов, иначе говоря «почти две третьих части дома». Справка о перестройке затрагивала и помещения, не занятые ведомством. Так, «в погребном этаже» здания находились 3 квартиры, состоявшие из 11 жилых комнат, и 3 сухих погреба; на первом этаже 4 квартиры на 24 покоя; на бельэтаже одна квартира из 7 покоев; на третьем — 5 квартир на 23 покоя. В общей сложности, 65 комнат сдавались сторонним лицам, с чего получалось «доходу до 30 000 руб.» Помимо жилых помещений, имелись и хозяйственные: 6 сараев, конюшня на 30 стойл, 2 «больших сенных чердака» и 2 кладовые для овса.

В 1828 году хозяин владения, известный библиофил и коллекционер А. Я. Лобанов-Ростовский решил разыграть его в лотерею. Для этого был выпущен миллион лотерейных билетов номиналом в один рубль. Один из купивших билет должен был, по задумке князя, стать новым владельцем особняка. Но император Николай I запретил эту коммерческую аферу и предложил князю продать в казну дом и уникальную библиотеку, известную своей коллекцией трудов о Марии Стюарт и собранием раритетных тростей и палок. Стоимость сделки составила 1 005 000 рублей ассигнациями, за уступление ценной библиотеки Лобанову-Ростовскому была назначена пожизненная пенсия, а в самом доме было окончательно решено на условиях аренды разместить Военное ведомство в силу постоянного роста потребностей последнего. Подобный переход недвижимости от разорившихся вельмож к покровительствующему им, но объективно не нуждающемуся в использовании тесных дворянских владений государству был весьма распространённой в Петербурге тех лет практикой. В связи с тем, что дом не был приспособлен под нужды государственного учреждения, в 1829 году была предпринята перестройка здания под руководством архитектора Э. Х. Анерта.

Цветное фото 1890-х гг.

Тем не менее, в начале 1907 года исследователь Н. А. Данилов в своём «Историческом очерке деятельности Канцелярии Военного министерства и Военного совета» писал о том, что экстерьер бывшего особняка Лобановых-Ростовских сохранился со времён своих прежних хозяев «без малейшего изменения». Львиная часть изменений, по свидетельству Данилова, пришлась на интерьеры. При этом, нетронутыми остались лишь главный подъезд (с Адмиралтейского проспекта) и парадная лестница. Убранство всех остальных помещений было подвергнуто существенным изменениям, призванным приспособить под канцелярии и квартиры служащих Военного ведомства. Большой зал после передачи министерству был занят служебным кабинетом военного министра, его приёмной, а также «2-м хозяйственным делопроизводством» органа власти. Изначально большой зал был двусветным, и лишь впоследствии пространство на уровне 3-го этажа было отделено от остального объёма зала перекрытиями «для устройства квартир». В целом, утрачена была и живопись, некогда украшавшая стены и потолок в 26 комнатах.

Школа

После Октября 1917 года дом взят под охрану государства. С 1918 по 1964 год в доме находилась школа. Школа неоднократно меняла свои номера и название. С 1941 года она получила название Средняя школа № 239 Октябрьского района Ленинграда, ставшей с 1961 года физико-математической. Во время блокады школа продолжала учебную работу. Школа занимала всю правую от центрального входа половину дома, фасад, обращенный к Исаакиевскому собору, а также угол, выходящий на Большую Морскую улицу. Часть здания, выходящая на Вознесенский проспект занимали жилые помещения. Во дворе находилась конюшня. Во время блокады прочная подвальная часть здания была переоборудована под бомбоубежище. Для спортивных занятий школа использовала аллеи Александровского сада. С 1964 года школа уступила свое место Проектному институту № 1, просуществовавшему в этом здании по 2004 год.

Современность

В 2002 году дом со львами перешёл к Управлению делами президента, которое намеревалось приспособить его для переезжавшего в Петербург Конституционного суда. Однако позже было решено создать в его стенах самый фешенебельный отель в городе, готовый принимать высших государственных лиц. Здание было передано в аренду на 49 лет компании ЗАО «Тристар Инвестмент Холдингс».

Поскольку дом Лобанова-Ростовского включён в федеральный список охраняемых объектов культурного наследия, вопросы его реконструкции вызвали бурную полемику как в архитектурной среде, так и в прессе.

«Это грубейшее нарушение действующего законодательства в сфере охраны исторического наследия. Дом Лобанова-Ростовского — федеральный памятник в самом центре объекта всемирного наследия ЮНЕСКО, где ни о каких реконструкциях не могло быть и речи — такое здание может только реставрироваться», — заявил Александр Марголис.

Инвесторы снесли исторический флигель во дворе (2007 год), спроектированный, как и всё здание, архитектором Огюстом Монферраном. Флигель во дворе здания также проектировался Монферраном; первый этаж был построен в 1817—1820 годах, надстроен архитектором Э. Х. Анертом., повреждены и утрачены интерьеры главного здания, изменены очертания кровли. Этому активно противостояла городская общественность, в том числе и профессионалы, такие как архитектор-реставратор Д. А. Бутырин.

Ещё одно нарушение — строительство мансарды, которая оказалась выше оригинальной кровли на 18 сантиметров. Изначально она предполагалась ещё выше — 80-сантиметровой, но под давлением общественности «Тристар инвестмент холдингс» решил пойти на понижение. Тем не менее и сейчас надстройка отчётлива видна.

«Это нарушает традиционный облик памятника. И вообще такого рода мансарды для памятника высокого классицизма не характерны, а следовательно, не допустимы. Против мансарды единогласно высказались члены совета по сохранению культурного наследия, но, несмотря на это, эта мансарда была сделана», — говорит Михаил Мильчик.

Фасад после реконструкции, сентябрь 2013 года

Главный архитектор проекта — руководитель собственной мастерской Евгений Герасимов. Реставрацией охранных зон занимался Рафаэль Даянов. Дизайном помещений занимались калифорнийская компания «Cheryl Rowley» и японская студия «Spin Design Studio».

Главный вопрос, который волновал общественность: как новые функции здания согласуются с его исторической «оболочкой», что будет сохранено и отреставрировано, а чем придётся пожертвовать. В случае с домом Лобанова-Ростовского понятие «первоначальные интерьеры» достаточно условно. Уже в 1829 году, когда в дом въехало Военное министерство, оно начало перепланировать его для своих нужд. Возможно, даже оформление парадной лестницы с широким скульптурным фризом, на котором изображены воинские доспехи, было сделано для министерства, а не для первого владельца — тоже, впрочем, бравого генерала, отличившегося в кампании против Наполеона. Для министерских служащих были устроены просторные кабинеты, которые в советское время служили классами средней школы, а затем в них располагался Проектный институт № 1. В итоге охранная зона нового отеля включает парадный вестибюль со стороны Адмиралтейского проспекта, двухмаршевую парадную лестницу с камином на площадке 2-го этажа, анфиладу 2-го этажа и ещё одну комнату, историческую ценность которой установили уже в процессе реставрации.

Президентский люкс площадью 152 м² планировали расположить окнами на Адмиралтейство, прямо надо львами, над аркадой 1-го этажа. Апартаменты включают две спальни, обеденный зал на 8 персон, кабинет, зону отдыха и террасу с видом на сад. Всего в отеле запланировано 177 номера: 151 стандартных, 26 класса люкс. В подземной части здания предусмотрен просторный бальный зал. Для деловых встреч — 5 конференц-залов на 1-м этаже и бар «Xander» с видом на Александровский сад. В 4-этажном флигеле во внутреннем дворе разместится спа-комплекс, а в атриуме — кафе-ресторан «Tea Lounge», всегда открытые и для гостей отеля, и для горожан. Подобный спектр услуг и первоклассный набор номеров позволят отелю Four Seasons Saint Petersburg принимать лидеров «Большой восьмёрки». Заявленная дата открытия — осень 2013 года.

Впоследствии архитектурный критик Михаил Золотоносов («Город 812») назвал проект реконструкции дома одним из худших образцов архитектуры в городе в 2010 году:

Дом Лобанова-Ростовского Е. Герасимов изуродовал мансардой. В древнем мире за такое следовало бы изгнание из полиса

Примечания

  1. Фокин, 2010, с. 46.
  2. Фрагмент Перспективного плана Санкт-Петербурга, утверждённого императором Николаем I 28 марта 1829 года
  3. Адмиралтейская крепость — статья из энциклопедии Санкт-Петербурга. А. Н. Лукирский
  4. 1 2 Оснос О. А. Исторический облик Исаакиевской площади // Кафедра Исаакиевского собора. — СПб., 2008. — № 4. Архивировано 3 апреля 2017 года.
  5. История Петербурга. 1736 год. Гид Петербурга. Дата обращения 11 октября 2011. Архивировано 6 июня 2012 года.
  6. 1 2 Расположение здания. Дом со львами. Дата обращения 9 октября 2012. Архивировано 19 октября 2012 года.
  7. 1 2 Вигель Ф. Ф. Записки // Русский архив. — 1892. — № 8. — С. 22—23.
  8. Юркова З. В. Антон Антонович Модюи // Реконструкция городов и геотехническое строительство. — 2005. — № 9. — С. 265.
  9. История строительства. Дом со львами. Дата обращения 9 октября 2012. Архивировано 19 октября 2012 года.
  10. 1 2 3 Дом Лобанова-Ростовского. Дом со львами. Дата обращения 9 октября 2012. Архивировано 23 ноября 2012 года.
  11. 1 2 3 4 Микшантьев М. Катастрофическая косморама // Новая газета Санкт-Петербург. — СПб., 2008. — № 89. Архивировано 15 октября 2012 года.
  12. Львиная доля. Дом со львами. Дата обращения 4 декабря 2012. Архивировано 11 декабря 2012 года.
  13. Исаакиевская площадь (недоступная ссылка). Прогулки по Петербургу. Дата обращения 9 апреля 2011. Архивировано 27 декабря 2010 года.
  14. Микишатьев, 2003, с. 236.
  15. Здание Военного министерства. Дом со львами. Дата обращения 20 марта 2013. Архивировано 22 марта 2013 года.
  16. До наших дней в журнале Императорской Академии художеств сохранилась запись о выполнении Аннертом работ по перестройке здания: «перестроил на Иссаковской площади дом бывшей княгини Лобановой-Ростовской, ныне Военного министерства».
  17. Данилов Н. А. Исторический очерк деятельности Канцелярии Военного министерства и Военного совета. — СПб., 1907.
  18. С 2003 по 2008 год в Санкт-Петербурге снесено около 80 исторических зданий, около 50 планируется к сносу: карта. Архивировано 28 апреля 2008 года.//ИА REGNUM, 25.03.2008
  19. Фотофиксация объекта культурного наследия федерального значения «Дом А. Я. Лобанова-Ростовского» 1817—1820 гг., арх. О. Монферран (Санкт-Петербург, Адмиралтейский пр., 12; Исаакиевская пл., 2; Вознесенский пр., 1) Всероссийское общество охраны памятников истории и культуры. Санкт-Петербургское городское отделение. — 2009 г.
  20. Уничтожение Дома со львами признано законным
  21. Борис Вишневский. Храм в наследство. Памяти архитектора Дмитрия Бутырина // Новая Газета СПб : Газета. — СПб., 2010. — Вып. 22 (29 марта). (недоступная ссылка)

    (уничтожение интерьеров дома со львами является) преступлением против культуры, не только российской, но и европейской

  22. Золотоносов, Михаил. Четыре самых худших образца архитектуры в Петербурге за год. Город 812 (28 декабря 2012). Дата обращения 8 октября 2012. Архивировано 28 октября 2012 года.
Рубрики: Путешествия

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *